Форма входа

Поиск

Архив записей

Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0




Пятница, 18.01.2019, 03:14
Приветствую Вас Гость | RSS
Родина моя малая, но Великая!
Главная | Регистрация | Вход
Главная » 2013 » Июль » 16 » Сабуровы-родословие
16:33
Сабуровы-родословие
«БЫТЬ ПОЛЕЗНЫМ МОЕМУ ОТЕЧЕСТВУ».

    Жизнь каждого человека - достояние истории. Из труда множества людей образуются те «кирпичики», которые затем складываются во славу и богатство Отечества. Большинство из нас живет настоящим, не вглядываясь в прошлое. Но все же порой мы обращаемся к нему за духовной поддержкой, гор­дясь при этом славными сынами России. А многие из этих людей, кто ныне является гордостью Отечества, наши земля­ки. Среди них - член Северного общества декабристов, уро­женец села Сабуро-Покровское (ныне Никифоровский район Тамбовской области), одногодок А. С. Пушкина Александр Иванович Сабуров...

   Отправляясь поездом из Тамбова в Москву или Воронеж, никак нельзя миновать небольшую станцию Сабурово. Нахо­дится она вблизи села Сабуро-Покровское. В 60-е годы XIX века, когда строилась железная дорога Козлов-Тамбов, оно носило название Покровское (Троицкое). Существует преда­ние, что по первоначальным планам железнодорожное полот­но должно было пройти в значительном отдалении от села. Но вмешательство местного землевладельца Андрея Ивановича Сабурова способствовало внесению значительных корректив в проект. Каким способом он этого добился, можно лишь дога­дываться, поскольку он был очень близок к императорскому двору. Этих изменений царедворец, конечно, добивался для собственных удобств. Ведь его имение располагалось всего лишь чуть более чем в полуверсте (по новому проекту) от станции. Но в своем имении бывал он изредка, а жил здесь, в основном, его брат Александр с семьей.

   Александр Иванович принадлежал к древнему дворянскому роду Сабуровых, который ведет свою историю с начала XIV века. Его корни уходят к владетельному князю Чета, приехавшему в 1329 году из большой Татарской Орды служить Московскому князю Ивану Калите. Именно Чета принявший вскоре крещение под именем Захарий (а произошло это в 1330 году в Ипатьевском монастыре, том самом, где спустя 283 года Михаил Романов принял царскую корону) становится родоначальником Сабуровых, Годуновых, Велья­миновых-Зерновых.

Боярин при Великом князе Симеоне Гордом Иван Дмитри­евич Зерно, правнук Захария, имел трёх сыновей. Один из них, Иван Гордун, стал основателем рода Годуновых, который дал России двух царей: Бориса Федоровича (1598-1604) и Фе­дора Борисовича (1604-1605). А Федор Сабур, являвшийся главным судьей в Новгороде, стал основателем рода Сабуро­вых.

Татарское происхождение Сабуровых нашло свое отраже­ние в фамильном гербе: стрела, копье и ятаган. И не только в нём, но и в самой фамилии. Происходит она от татарского слова (заимствованного татарами из арабского), означающего «терпение, выносливость». В смешанных русско-татарских семьях долго сохранялся обычай давать детям двойные имена (в данном случае Федор и Сабур). Первое по православным святцам, а вот второе, тайное имя, использовавшееся в быту, в семье - по вековому обычаю. Терпение, выносливость бы­ли не только значением фамилии (а в первоначальном виде - прозвища), но и чертами характера представителей рода Сабу­ровых. Возможно, в определенной степени это помогло им не только выжить в сложнейших условиях, но и служить во бла­го России.

Почти два столетия они занимали ведущее положение при великокняжеском дворе. В боярской думе заседало по нес­кольку представителей этого рода. Так, Андрей Васильевич, участник казанских и литовских походов, наместник Пскова, талантливый воевода - был выдающимся деятелем первой половины XVI века. В XVIII—XIX веках военные представи­тели рода принимали участие практически во всех войнах то­го периода. Проявили они себя и на статской службе. Среди Сабуровых были сенаторы, дипломаты, предводители уездно­го дворянства...

Среди потомков родоначальника фамилии, участника Ку­ликовской битвы, дворянина при Великом князе Василии Дмитриевиче Федора Сабура, были царица и царевна. Его правнучка Соломонида стала женой Великого князя Василия III (отца Ивана Грозного). Через 20 лет супружеской жизни, будто бы по причине бесплодия, он развелся с ней. Соломониду насильно постриг­ли в монахини. Скончалась она в 1542 году в Суздаль-Покро­вском монастыре.

Царевна Евдокия Богдановна Сабурова, праправнучка Фе­дора Сабурова, была первой женой сына Ивана IV - Иоанна Иоанновича. Она так же, как и её царственней родственница, закончила свой жизненный путь в Суздаль-Покровском монастыре.

  Царь Борис Годунов не особенно жаловал своих родственников, не допускал их в Думу. Немало Сабуровых пострадало в опричнину и смутное время. Все это привело к тому, что этот род в XVII столетии едва не пресекся. Но к началу XVIII века оправился от всех былых потрясений. В это время Сабу­ровы в третий раз породнились с царствующим домом. Представительница этого рода Екатерина Родионовна выходит замуж за брата императрицы Екатерины I, Федора Скавронского.

В XVIII веке царствующий дом наделяет Сабуровых земля­ми в Тамбовском крае. Так, владельцем деревни Сабуровка (ныне село Старо Сабурово Никифоровского района) является потомок Захария в 14-м колене, статский советник, предсе­датель Тамбовской палаты Андрей Яковлевич Сабуров. Его женой стала дочь владельца соседней деревни Покровское Ма­рия Ивановна Зубарева. Их сын, Иван Андреевич Сабуров, унаследовавший впоследствии оба эти селения, обосновался в Покровском (ныне село Сабуро-Покровское). Здесь родились и оба его сына.

Старший из них, Андрей Иванович (1797-1866), начинал службу в лейб-гвардии Гусарском полку. Штаб-ротмистр Са­буров был адъютантом военного министра. Именно он в чис­ле других курьеров (Лазарев и Никитин) после смерти Алек­сандра I отправился в Варшаву с присягой царс­кого двора цесаревичу Константину как новому императо­ру России. Он привез и ответ цесаревича, где содержался от­каз от трона и признание самодержцем брата, Николая I.

Андрей Иванович вышел в отставку в звании полковника. Впоследствии являлся обер-гофмейстером Двора Его Импера­торского Величества, директором Императорских театров. Умер 13 февраля 1866 года и похоронен в Александро-Невской лавре (Федоровская церковь) Санкт-Петербурга.

У второго сына Ивана Андреевича - Александра, тоже была хорошая карьера. Но ротмистр попал в царскую неми­лость за то, что состоял в тайном обществе декабристов…

За скупыми строками архивных документов просматрива­ется типичная жизнь дворянского отпрыска. Не считая регу­лярных наездов к родственникам и знакомым в Тамбов и со­седние имения, семья в основном проживала в своем двухэ­тажном особняке в Покровском.

От его былого величия ныне сохранились лишь слабые контуры. Есть еще воспоминания тех сельчан, которым барс­кий дом запомнился таким, каким он был в начале XX века. Но и от этих устных рассказов осталось несколько скупых за­рисовок. Красивая арка, венчавшая дом, большая дверь, в ко­торую можно было въехать на лошади, два балкона с лестни­цами, по которым владельцы усадьбы прямо из пролетки мог­ли пройти в жилые помещения, а ещё липовая роща (хотя точнее следует называть ее не роща, а парк).

  Дом был построен Иваном Андреевичем незадолго до рож­дения сыновей. Возможно, для Александра главным воспоми­нанием детства стал запах сосны, наполнявший все комнаты. А исходил он от пола, который был когда-то прекрасными деревьями, и теперь они напоминали о себе редкими смоля­нистыми слезами. А деревья в парке были совсем маленьки­ми. И возможно, именно Александр с братом принимали учас­тие в их посадке.

   Все это больше догадки, предположения. Однако местом для детских игр и забав братьев просто не мог не быть высо­кий, крутой берег (прямо у самого дома) извилистой речушки Криуши, берущей свое начало в четырех верстах от села, у татарского вала. Сейчас он значительно ниже, чем был тогда. Ведь еще в 60-е годы XIX столетия в том месте образовался пруд. Произошло это из-за плотины, что соорудили для прокладки железнодорожного полотна. А тогда, в начале века, место сие имело свой первозданный вид, лишь слегка облагороженный человеком.

   Одна  из  комнат  большого  барского  дома  служила   для братьев классной комнатой. Среди преподавателей были как  русские, так и иностранные учителя. Здесь Александр в совершенстве овладел немецким и французским языками. Особое предпочтение, по его собственному признанию, он отдавал математике и словесности.

В начале 1815 года братья поступают в Дворянский полк, где продолжается их обучение. Здесь во 2-ом кадетском корпусе Александр изучает геометрию, тригонометрию, алгебру, артиллерию, фортификацию. Но время учебы быстро пролетело, и в июне 1818 года Александр начинает службу прапорщиком в «конноартиллерийской» роте в Польше.

   В мае 1816 года переведен в лейб-гвардии Гусарский  полк  корнетом. В 1818 году ему присвоено звание поручика, а в  июне 1822 года -  штаб-ротмистра. В том же году, только тремя месяцами ранее, Сабуров назначен старшим адъютантом  2-го пехотного корпуса лейб-гвардии Гусарского полки. Во время смотра Александром I  в 1824 году 2-го пехотного корпуса в Пензе в Высочайших приказах Александру Сабурову было объявлено монаршее благоволение. А в декабре 1824 года «за ревностную службу и отличные труды всемилостивейше награжден орденом Святой Анны III степени». Эти краткие строки послужного списка говорят о том, что к декабрю 1825 года А. Сабуров не мог не представляй, интереса для Общества.

 Во время известных событий на Сенатской площади Алек­сандр Сабуров находился в отпуске. 4 января 1826 года  его фамилия была впервые названа на следствии В.С.Толстым. В тот же день последовал приказ об аресте, который был произведен 8 января в Тамбове. Для этой цели в губернский  центр из Санкт-Петербурга прибыл специальный курьер.  Сабуров был доставлен в северную столицу и посажен сначала на главную гауптвахту (13 января), затем, после допроса, переве­ден в Петропавловскую крепость, в арестантский каземат бастиона Трубецкого. При этом была записка царя: «Присылае­мого Сабурова посадить по усмотрению и содержать хорошо».

 При знакомстве с материалами следственного дела возникает двойственное чувство. Первое - Сабуров действительно немного знал о тайном обществе. Второе - знал не так уж ма­ло, как может показаться на первый взгляд. И был не такой малозначительной фигурой, как принято считать, хотя в чис­ле лидеров, пусть второго плана, не состоял. Ведь каждый, кто давал показания, и Сабуров, конечно, не исключение, ста­рался рассказывать как можно меньше, а скрыть как можно больше.

Александр Сабуров, давая показания, не раскрывал истин­ных целей и задач Общества, но вместе с тем вдруг «вспоми­нал» того или иного участника тайной организации. Самое интересное то, что это были фамилии людей, которые ранее упоминали самого Сабурова. Да и то, в чем он признавался, уже было известно следствию и доказано им. Судя по всему, кто - то информировал подследственного о ходе расследова­ния. Тем самым ему предоставлялась возможность ориентиро­ваться в обстановке и давать правдоподобные показания, не компрометируя при этом ни себя, ни друзей.

На первом допросе (13 января) Александр полностью отри­цает свое участие в Обществе, заявив лишь о том, что в 1824 году, будучи в Москве, узнал от князя Барятинского, что в го­сударстве есть общество обширное, желающие ввести предста­вительное правление. А вот о средствах достижения этой це­ли ему ничего не сообщалось. Говорилось лишь о том, что за­висит это «от распространения отраслей умножением чле­нов». Кроме Барятинского ни с кем из членов общества он не общался. Возвратившись после упомянутой встречи в свой корпус, который участвовал в императорском смотре в Пензе, Александр, почувствовав милость монарха, раскаялся и «ре­шил участия в Обществе не принимать и прервать всякое с оным сношение». Вместе с тем Сабуров утверждал, что во 2-м корпусе, где он служил, участников Общества не было. А свою вину видел в том, что не объявил о его существова­нии.

На следующий день (14 января) Сабуров вдруг пишет пись­мо на имя следователя, в котором сообщает, что вспомнил «еще двух лиц, принадлежавших обществу, в котором и я имел несчастье состоять». Это В.А. Бобринский и В.С.Толс­той. В заключение Александр просит, или, как он выражает­ся, осмеливается «умолять ваше превосходительство передать прилагаемое письмо моему брату, адъютанту военного мини­стра».

  Возможно, именно после того как данное письмо было пе­редано Андрею Сабурову, Александр Сабуров переводится в Петропавловскую крепость с уже известной сопроводительной запиской царя.

  В следующий раз Сабуров был допрошен 23 января. К этому времени следствию уже стало известно, что подследственный узнал о существовании Общества не в 1824 году, как тот утверждал, а еще в 1821  году. Отвечая на представленные следственным комитетом вопросы, Сабуров пишет, что предложение о вступлении в Общество поступило в 1821 году от майора Павлоградского полка П. П. Каверина (к 1825 году он уже находился в отставке), который направил его с рекомендательным письмом к М. А. Фонвизину. Тот, в свою очередь, направил Сабурова к Н.Н.Тургеневу со своим письмом. Но от Тургенева А.И.Сабуров узнал, что Общества не существует. Следует отметить, что данное заявление соответствует показаниям Фонвизина. Но, как нам известно, к этому времени существовал Союз Благоденствия.

   Уже не отрицая, а полностью признавая свое членство и Обществе, подследственный  настаивает на времени своего вступления  - 1824 год. А причина, побудившая его «войти в оное,  было желание быть полезным моему Отечеству». Он вновь настаивает на том, что после императорского смотра войск в Пензе всякое сношение с Обществом прекратил. Ведь «о времени и способах, которыми общество предполагало в действо свои намерения, мне неизвестно, а Барятинский мне сказывал, что оно занимается размножением своих членов».

   А.И.Сабуров признает, что вел с некоторыми членами ор­ганизации (прежде всего В.С.Толстым)  беседы о целях Обще­ства, которыми считал его расширение. В то же время Сабу­ров утверждал, что якобы не был знаком с конституциями, подготовленными Муравьевым и Пестелем. Ему не было изве­стно и то, каким образом предполагалось ввести представи­тельную форму правления. Во всяком случае, он не знал о су­ществовании замысла против священных особ царской фами­лии, в противном случае «... ничего не остановило бы меня открыться. Я мог быть заблуждающимся, но преступником - никогда».

Сабуров вновь говорит о своем раскаянии и утверждает, что от открытия Общества его удерживало «ничтожность оно­го и уверенность, что должно пройти несколько десятков лет, прежде чем оно может иметь какое-либо влияние».

   Влияние... Здесь хочется дословно привести ответ Сабуро­ва на вопрос: «Откуда заимствовали вы свободный образ мыс­лей?» Ответ звучал так: «Свободный образ мыслей, который я имел, получил после чтения сочинений Жан-Жака Руссо в начале 1820 года, из которых всего более имели на меня влия­ние «Условие общественное» и «Эмиль». Никаких конкрет­ных имен. Лишь ссылка на великого французского мыслите­ля. А идеи Великой Французской революции в то время всё еще будоражили умы русской интеллигенции. И просто не мог Александр не обсуждать их хотя бы в узком кругу дру­зей. И то, что познакомиться с ними он имел возможность лишь в 1820 году, вызывает большое сомнение. Явно это про­изошло намного раньше.

Представляются справедливыми слова академика М.В.Нечкиной: «настаивая на том, что он будто бы был принят в 1824 году, Сабуров ограждает себя от вопросов о более ранних этапах развития организации». Также очень трудно предста­вить, чтобы человек, которым заняты такие серьёзные члены Общества, как Фонвизин и Тургенев, не был знаком с прог­раммой организации - уничтожение абсолютизма - и не знал споров о преимуществе республики над монархией. Ведь Сабуров, будучи старшим адъютантом второго корпуса, мог быть полезным для организации, мог влиять на выступление такого крупного воинского подразделения.

Имеется немало косвенных свидетельств, говорящих о том, что А. Сабуров не мог не знать и не поддерживать таких основополагающих принципов движения декабристов, как от­мена крепостного права и введение представительной формы правления. Не мог он и не знать о проектах конституции.

Любопытен отрывок из письма Александру, написанного его троюродным братом Яковом Сабуровым. Оно датировано 15 июня 1823 года, то есть за год до того дня, который Алек­сандр Иванович определил днем вступления в Общество. В этом письме Яков Иванович говорит об одном из общих зна­комых: «Он отказался первым камень бросить - мы не так скромны: в чужую голову и сотню пустим, не заикнувшись». О чем это? Какие камни и в чьи головы?

Да, загадок и вопросов здесь немало. Нельзя даже од­нозначно сказать и о том, были ли знакомы А. Сабуров и А. Пушкин, хотя некоторые исследователи заявляют об этом как о факте. Во всяком случае, скорее всего близкими друзь­ями они не были, иначе к настоящему времени уже были бы обнаружены тому документальные свидетельства. Т. Г. Цявловская в т. 58 «Литературного наследства» по этому поводу говорит очень осторожно: «А. И. Сабуров также как и Я. И. Сабуров, вероятно знакомый Пушкина по Царскому Селу и Петербургу». Н. Гордеев и В. Пешков в «Тамбовской тропин­ке к Пушкину», в свою очередь, утверждают: «Сабуров познакомился со своим одногодком — юным, как и он сам, Пуш­киным». В пользу этого свидетельствуют некоторые факты биографии и Пушкина, и Сабурова. В том числе и письмо Якова Сабурова к своему троюродному брату Александру, в  котором он информировал его о «важных событиях в жизни поэта: о появлении его новых стихов, увлечениях и невзгодах».

На настоящий момент много белых пятен в биографии А.И.Сабурова. Неизвестны даже дата его смерти и место захоронения. (В последнее время установлено, что он умер в 1880 году и похоронен на церковном погосте в с. Александровка Никифоровского  – прим. автора). Достоверно можно сказать о том, что с момента первого допроса по 7 июля 1826 года А.Сабуров находился в зак­лючении в Петропавловской крепости. Затем был направлен в действующую армию в составе Смоленского уланского полки. Участвовал в русско-турецкой войне, был ранен. Уволен со службы с учреждением секретного надзора в 1830 году. В середине 30-х годов окончательно обосновался в своем родовом имении: селе Сабуро-Покровское.

Здесь родились четверо из его восьмерых детей. Наиболее известны были Петр Александрович (член Государственного Совета, дипломат, археолог, собиратель древностей) и Андреи Александрович (член Государственного Совета, министр просвещения, юрист)... В марте 1838 года Александр Иванович Сабуров получил Высочайшее прощение.

От тех событий нас отделяет почти два столетия. И более подробное изучение жизни, деятельности «малозначитель­ных» членов тайных обществ декабристов поможет не только составить полномасштабное представление о той эпохе, за­мыслах и устремлениях людей, по - своему ратовавших за ве­личие и процветание Отчизны. Это позволит взглянуть «со стороны» на день сегодняшний, на то, как идеи, чаяния лю­дей, живших задолго до нас, отразились на нашей жизни.

Пусть простятся им их ошибки и заблуждения! Пусть воплотятся в жизнь их добрые намерения!

                                                        «Подъём», №2, 2008г., с.227-228.

                                                        «Знамя», 2008г.
Просмотров: 2438 | Добавил: BashkankovV | Рейтинг: 3.3/3
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:

Copyright MyCorp © 2019